Лилии и шпаги

Лилии и Шпаги

Объявление

1625 г.
весна
На небосклоне Франции кто-то видит зарю новой эпохи, а кто-то прозревает пожар новой войны. Безгранична власть первого министра, Людовик XIII забавляется судьбами людей, как куклами, а в Лувре зреют заговоры, и нет им числа. И никто еще не знает имен тех, чья доблесть спасет честь королевы, чьи шпаги повергнут в трепет Ла-Рошель. Чьи сердца навсегда свяжет прочная нить истиной дружбы, которую не дано порвать времени, политике и предательству, и чьи души навеки соединит любовь.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Триумвират

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

28 апреля 1625 года. Париж, кабачок "Волчий хвост" у Сент-Антуанских ворот, после полудня

2

Третьего дня на рассвете, когда апрельское ласковое солнце еще только золотило крыши парижских домов, через южную заставу в Париж въехали трое всадников. Один из них держался более высокомерно и властно, чем двое других, из чего опытный наблюдатель мог бы сделать вывод – это вельможа в сопровождении двух слуг решил посетить в столь ранний час столицу французского королевства. В последние недели в славный город, ради которого Генрих Бурбон когда-то в очередной раз сменил вероисповедание, приняв мессу, стекалось много приезжих, через все его ворота. И связано это было с предстоящей свадьбой сестры короля Людовика XIII Бурбона Генриетты-Марии Французской и английского монарха Карла I Стюарта. Свадьба была назначена на 11 мая 1625 года, где Стюарта должен будет представлять по доверенности любимчик его батюшки Якова Джорж Вильерс, герцог Бэкингем. Можно было не сомневаться, что к тому моменту Париж станет напоминать бочку с просоленной рыбой, что стояли в сараях рыбаков возле лодочной пристани Сены.

- Ваше сиятельство, во дворец кардинала? – спросил один из всадников того, который ехал посредине, когда все трое оказались у Сен-Жерменского аббатства, нарушив молчание последних часов.
- Нет, - коротко ответил мужчина в темно-оливковом одеянии, черном плаще и черной шляпе, надвинутой почти на самые глаза. – В дом на улицу Клери, - одному из доверенных лиц Армана дю Плесси нравился этот дом именно тем, что расположен он был на маленькой улочке, совсем недалеко от поместья Анжен, купленного в прошлом году Ришелье, где Его высокопреосвященство развернул масштабное строительство, призвав на помощь своего друга, архитектора Лемерсье, и в особенности де Варду, а это был именно он, импонировало это жилище тем, что о нем почти никто не знал, кроме двух слуг, которых он брал с собой, отправляясь в путешествия по заданиям кардинала, и его любовницы. Она и назначила ему встречу именно там, сообщив дату своего приезда письмом, гонец с которым его нашел в Мадриде. Оказавшись дома, маркиз написал записку Рошфору, и, отправив ее во дворец Ришелье, позволил себе отдохнуть с дороги.

*****

- Поторопитесь, миледи, я не хочу заставлять Рошфора ждать, - сняв с прикроватного пуфа элементы одежды шпионки кардинала, на этот раз мужского одеяния, в котором леди Винтер вернулась в Париж из Англии, Вард бросил их на постель, где в подушках еще нежилась его любовница.
Сам он был уже готов выезжать на встречу с соратником по службе первому министру Франции, назначенную в неприметном трактире у Сен-Антуанских ворот. Хорошо, что дама была привычна к мужскому костюму, и приехала в Париж именно в нем, иначе явление женщины, красивой женщины, в едальне произвело бы фуррор. Пришлось бы изменять место для свидания с доверенным лицом кардинала.
Парой движений гребнем, и волосы, после ночи падающие на лицо, были привычно убраны назад.

- Я жду вас во внутреннем дворе, сударыня, - плащ застегнут, тень от полей шляпы почти скрывает лицо. Франсуа поклонился любовнице, и, поцеловав ее тонкие пальчики, вышел из комнаты. Двое дворян, бывших у него в услужении, уже оседлали лошадей. Интересно, где миледи оставила свою камеристку, вернувшись в Париж? Вряд ли дозволила ей поехать домой. Шпионы Ришелье знали, что и за ними внимательно следит око их господина. Наверняка, у всех известных ему домов его порученцев, были расставлены соглядатае. Если не его, так отца Жозефа. Эти двое желали знать каждом вздохе любого из французов. И не только французов.*

*согласовано с Рошфором и леди Винтер

Отредактировано Франсуа де Вард (2016-02-10 18:20:06)

3

- О, боже мой, к чему такая спешка? — Томно проговорила женщина, откидываясь на мягких подушках в разворошенной постели. Тело приятно ныло. Вставать с шелковых простыней откровенно не хотелось. Она лишь вчера вернулась из очередной поездки в Англию с отчетом для его высокопреосвященства. Путешествия через Ла-Манш давно стали привычной рутиной. Впрочем, эта рутина нисколько не доставляла ей удовольствия. Приходилось соблюдать все предосторожности и нередко отказывать себе даже в простейших удобствах. И теперь, когда появилась возможность насладиться комфортом, снова нужно торопиться, потому что их видите ли ждут.
Миледи лениво проследила за тем, как в несколько скупых движений собирается ее любовник. «Хорош… Даже великолепен…» - мысленно отметила она, провожая де Варда глазами. Едва тот вышел и прикрыл за собой дверь, Шарлотта закинула руки за голову и сладко потянулась. В этот момент ей хотелось замурлыкать, как кошке – она была довольна собой… Довольна окружающей действительностью… Довольна привезенными новостями… Жизнь казалась почти прекрасной. Ей не доставало самой малости – чуть-чуть больше власти, гораздо больше денег и совсем немного покоя.

Спустя некоторое время они подъезжали к неприметному трактиру в Сент-Антуанском предместье, где должна была состояться встреча с доверенным помощником Ришелье. Мужской костюм был привычен для Миледи, и чувствовала она себя в нем столь же уверенно и непринужденно, как и в роскошных придворных туалетах. Длинные белокурые локоны были старательно заколоты шпильками и убраны под шляпу с высоко загнутыми полями и роскошным страусиным плюмажем. Широкий плащ, переброшенный через одно плечо, скрывал слишком изящную для мужчины фигуру.
У трактира Шарлотта легко спрыгнула с лошади, не дожидаясь, пока то же самое проделают ее спутники. Поводья небрежно бросила лихо подскочившему мальчишке. Не оглядываясь, поднялась на крыльцо и вошла в задымленный общий зал. На миг задержалась в дверях, сощурившись и привыкая к полутемному освещению, царившему в помещении. Свет лился сквозь мутные маленькие окошки, теряясь в чаду и дыму с запахами кухни.

Подбежавший трактирщик тут же подобострастно склонился в поклоне. Наметанный глаз мгновенно оценил внешний вид вновь прибывших и уже мысленно сосчитал выгоду, которую может получить, оказав господам радушный прием.
Миледи не стала размениваться на слова. Коротко кивнула и, ловко обогнув согнутую фигуру дородного мэтра, проследовала к лестнице на второй этаж, куда он указал вместо ответа на вопрос о высоком темноволосом дворянине. Беседы, которые они собирались вести, не предназначались для чужих ушей. Ну а с трактирщиком де Вард разберется, заткнув ему рот деньгами или угрозами.

Граф де Рошфор обнаружился в уединенном кабинете на втором этаже направо от лестницы. Дверь в него была полуоткрыта, и в щели виднелся кусок стола и орлиный профиль его сиятельства.
— Рада видеть Вас в добром здравии, граф. — Постучав костяшками пальцев по косяку, сказала Шарлотта. Войдя без приглашения, быстро огляделась, оценивая убогую обстановку. Поморщилась, разглядев паутину под потолком и не слишком тщательно выскобленную столешницу. Сняла перчатки и привычным жестом засунула их за пояс, приближаясь к мужчине.

4

Записку от де Варда, где назначалась встреча в хорошо известном ему кабачке Рошфор получил ранним утром, и мог не торопясь распорядиться своим временем, поскольку времени у него оставалось вполне достаточно. По заведенной уже много лет привычке он еще до завтрака явился к кардиналу, дабы выслушать распоряжения, повидался с причетником из собора, который, впрочем, ожидаемо не смог ничего добавить к новости, которую вчера принес мальчик-служка, наскоро позавтракал в неприметном кабачке, и отправился к назначенному месту встречи загодя, поскольку терпеть не мог заставлять себя ждать. 

Таинственность, которой обставлялась эта встреча временами вызывала на его губах снисходительную улыбку. И зачем все эти сложности, право, де Вард так привык таиться, что поневоле привносит эту привычку и туда, где скрывать совершенно нечего. Да и от кого? От короля? От этой мысли улыбка превратилась в смех, когда он представил как мушкетеры рыскают по кабакам в попытке застукать приспешников кардинала за.... трапезой. Вот уж воистину подозрительнейшее времяпровождение. Мысль о том, что можно таиться от самого кардинала или от соглядатаев отца Жозефа, Рошфору даже на ум не приходила. Равно как и мысль о том, что от кардинала можно суметь или даже хотя бы попросту захотеть что-либо скрыть.  Да и зачем?!

Твердо веря в гений первого министра, граф никогда не совершал ни единого поступка, не допускал ни одной мысли, которая могла быть хоть отдаленно сочтена за несоответствующую интересам Ришелье. Злые языки не зря окрестили графа даже не кардинальским прихвостнем а кардинальским псом, потому что так оно и было. У него не было, да он и не желал себе никакой иной жизни, кроме той, которую он вел, целиком и полностью посвященной службе кардиналу.
Любимец Ришелье, преданный ему душой и телом - едва ли не боготворил своего покровителя, и был одним из немногих, кто не считал оказанных ему милостей, и относился к ним с совершенным безразличием. Юность проведенная в скитаниях и лишениях, а после и служба в армии, приучили Рошфора обходиться малым, и щедрость Ришелье уже давно обеспечила его бОльшим состоянием, чем он при своих запросах мог бы истратить за всю оставшуюся жизнь. Однако его не интересовали ни земли, ни титулы, ни имения. Все это могло бы иметь смысл, если бы было ради кого их получать. Но Рошфор, отвергнутый еще в детстве отцом и мачехой, знать не знал даже по именам имевшихся у него где-то братьев и сестер, он не имел семьи, не имел возлюбленной, ни с кем и не в чем не был связан, а перспектива когда-нибудь жениться и обзавестись выводком наследников не вызывала у него ничего кроме равнодушия.
Единственным делом его жизни, альфой и омегой всего существования - была служба кардиналу, в которой его преданность не знала ни границ, ни собственного я.  Про Рошфора говорили, что если Ришелье однажды прикажет ему спрыгнуть с колокольни собора Нотр-Дам, то он так и сделает, не задумываясь ни на секунду, и ему даже на ум не взбредет спросить- а зачем, собственно, это нужно.
И это было чистой правдой.

***
Знакомый кабачок распространял вокруг запахи, которые приманивают голодного как магнит, зато на сытого действуют отталкивающе. Запах сырого лука и жареного мяса, густых похлебок сдобренных ячменем, пивом и чесноком, вонь прогорклого масла пролитого в огонь, тонкий запах тухлятины из-под крыльца, куда выбрасывались для собак очистки, которых даже дворняги не торопились съедать - был самым верным указующим маяком, если бы Рошфору понадобился таковой. Соскочив с лошади, и привязав ее у коновязи, он оценил одним взглядом стоявших тут же лошадок, и заключив, в результате этого осмотра, что тех кого он ждет - еще нет, вошел в трактир.

- Чего изволите ваша милость - бочкообразный, дородный трактирщик с лысой как колено макушкой высвечивавшейся из-под съехавшего набок колпака кинулся к входящему с похвальной прытью, оценив и внешность входящего, с головой выдававшую дворянина, и шпагу покачивавшуюся у бедра.
В пальцах посетителя мелькнула и отправилась в сверкающую дугу монетка, которую достойный мэтр словил на лету, со скоростью лягушки, схватывающей муху. Маслянисто поблескивающая физиономия расплылась в довольной улыбке.
- Отдельную комнату, для меня и моих друзей - бросил ему граф, оглядывая общий зал, с его низким закопченным потолком. Народу в этот час было немного, но в отдельной комнатке все же будет куда удобнее.
- Извольте, извольте за мной - заторопился трактирщик к лестнице, и Рошфор пошел за ним. Тараторя без передышки, и беспрерывно отирая руки о передник, хозяин распахнул одну из двух дверей, выходивших на лестницу. Граф окинул комнатку взглядом, и вошел, наклонившись, чтобы не ушибиться о низкий наличник двери. Трактирщик сунулся следом.
- Изволите отведать чего-нибудь? Отменная дичь сегодня. Чирок, вальдшнеп... а может барашка? Из Берри доставили, всего третьего дня...
Рошфор пожал плечами. Готовили тут вполне неплохо, а вино, и вовсе было на удивление отменным. Есть ему не хотелось, но возможно де Вард и миледи - с дороги, и будут голодны. К тому же всегда приятнее сидеть за накрытым столом, нежели за пустым. "И подозрений не вызывает" услужливо подбросила память, заставив усмехнуться. Ну да, немаловажно.
- Подашь чего-нибудь но лишь когда мои гости прибудут, а то все простынет. И вина своего.
- Слушаюсь, слушаюсь! - довольный трактирщик сцапал еще одну монетку и исчез.
Рошфор снял шляпу с черным плюмажем, с усмешкой обозрел комнату, кинул шляпу на стол, и усевшись на колченогий табурет, подпер ладонью подбородок, и устремил взгляд в окно, приготовившись к ожиданию.

В задумчивости он не слышал шагов, но тихий стук в косяк полуоткрытой двери, и певучий голос заставили его обернуться. В темных глазах, блеснула улыбка, которая лишь через несколько секунд, словно опомнившись, решила появиться и на губах, и граф встал, приветствуя входившую женщину.
- Миледи - пользуясь правом давно и хорошо знакомого, Рошфор завладел ее хорошенькой ручкой, поднес к ,губам, и выпрямился, не в силах сдержать улыбку при мысли о том - как наверное забавно выглядел этот жест со стороны, учитывая, что миледи была в мужском платье
- Право, вы хорошеете с каждым днем. Какой однако очаровательный юноша из вас получился.  Мои приветствия, маркиз - он протянул руку появившемуся следом за ней де Варду, и жестом махнул в комнатку. - Прошу вас, устраивайтесь... - господа! - едва заметная заминка перед последним словом, акцентировала спрятанную в нем улыбку, подчеркнутую беззлобно-ироническим поклоном в сторону миледи, которая была чудо как хороша в мужском наряде для верховой езды. - Рад поздравить вас с благополучным возвращением.

5

Ему особо нравилось в леди Винтер то, что та никогда не обременяла никого из мужчин такими пустяками, как забота о ней. Исключение составляли те, от которых требовалась эта самая забота для реализации какого-либо плана намеченного в белокурой головке дамы.
Пока де Вард отдавал распоряжения своим слугам, кинув в их руки кошелек для трактирщика, Миледи уже успела взбежать по лестнице. Франсуа мысленно отчитал любовницу. Ей следовало внимательнее следить за движениями бедер, облаченных в мужские штаны, иначе взор любого мужчины, следующего за «хрупким юнцом», быстро отличит дочь Евы от сына Адама.

Как не торопился маркиз, Рошфор был в назначенном месте раньше, чем он с Шарлоттой, хотя набат на вышке Бастилии возвестил о том, что они не опоздали. У отчима сводного брата короля Франции была черта, раздражающая иногда его самого. Он был до чертиков пунктуален. И малейшее нарушение его привычек в этом плане, вызывало внутреннее раздражение в вельможе. Однако, это прибыл раньше поверенный кардинала, а не они со вдовой Винтера опоздали.
- Все портится, даже эти убогие постоялые дворы, казалось, которым дальше и некуда, - брезгливо оглядел комнатушку Вард, и бросил свои перчатки и шляпу на край стола, появившись за спиной уже успевшей поприветствовать их «сослуживца» кардиналу женщины.

- Здравствуйте, Рошфор, судя по вашему цветущему виду, несложно сделать вывод, что и Его преосвященство в добром здравии, - встретившись рукой с ладонью графа, маркиз коротко улыбнулся, пожимая ее. О том, господин Шарль-Сезар де Рошфор предан Арману дю Плесси ходили легенды. Впрочем, недоверчивый шпион, не исключал и того, что первоисточником этих самых легенд был сам их герой. – Не менее рад обнаружить вас, сударь, как всегда, при светлейшей особе нашего господина. Всегда приятно, когда есть в этом мире нечто незыблемое, - прежде чем устроиться за столом сам, Вард поухаживал за прибывшей с ним дамой, усадив ее на один из двух свободных табуретов, положив перед этим на него свой плащ. Пусть и хлипкие, но перегородки этого помещения спрятали троицу приспешников Ришелье от посторонних взглядов; от двери в которой появился угодливо согнувшийся в очередном поклоне хозяин, изрядно сдобренный порцией золота из кошелька Креспена, Шарлотту по пояс скрывала столешница. Трактирщик лично принес, видимо по заказу первоприбывшего, кувшин с вином и три похожих отдаленно на кубки (надо же какая роскошь для этой дыры) оловянных посудины.

- Вяленой оленины, и всего, чего найдется приличного в твоем заведении. И чтобы чаще двух раз за наш визит я не видел твою физиономию, - Франсуа был не голоден. Он привык ограничивать себя в пище, поскольку этого требовал его образ жизни, через некоторое время обнаружив, что голод обостряет внимание и другие органы чувств.
- Итак, милейшие, мы снова все в Париже. Хочу сказать вам, что молодой дон Филипп не отличается дюжим умом, да простят меня его подданные. И Испанией нынче правит Гаспар де Гусман-и-Пиментель, человек, которому дозволено вскрывать даже письма нашей королевы, - Вард  метнул на собравшихся быстрый взгляд, чтобы убедиться, что они достаточно осознали значимость только что оброненной им вскользь информации. У каждого из них за время, что все не виделись, должен был быть припасен свой ягненок для заклания на столе, что соединял всех троих.

6

Заботу о своей персоне Шарлотта приняла как нечто само собой разумеющееся. Подарив мимолетную улыбку Рошфору, дама грациозно опустилась на предложенный стул, укрытый плащом де Варда.
Слова любовника заставили леди Винтер встрепенуться и с интересом посмотреть на собеседника. Шпионка кардинала прекрасно понимала суть их встречи. Им необходимо было обменяться информацией перед тем, как явиться пред светлы очи его высоко преосвященства. Как бы ты хорошо не служил на благо Франции в лице ее первого министра, знать о настроениях сильных мира сего всегда полезно. Это повышает шансы на выживание и увеличивает ставки в игре, которую они ведут с судьбой.
На этот раз маркиз начал первым. Что же, известия любопытны, хоть и вполне ожидаемы. Она тоже прибыла не с пустыми руками, но начать стоит издалека.
— Тайна, известная троим, перестает быть тайной. — Иронично усмехнулась молодая женщина на замечание де Варда. — Полагаю, весьма скоро о содержании этих писем будут судачить уже и во Франции.
Намек был совсем непрозрачным. Впрочем, притворяться и выражаться более тонко здесь и сейчас не было особой необходимости. Каждый участник своеобразного застолья отлично представлял себе цели и задачи этого свидания.
— Совсем иначе обстоят дела в Англии. — Продолжила Миледи негромко, переведя взгляд на принесенный кувшин. Ей хотелось пить, и она искренне рассчитывала, что ее безмолвная просьба будет услышана. — Карл I – ужасно мрачный тип. Хотя, кажется, герцог Бэкингем вполне привык блистать за двоих. Его собственного обаяния, по-моему, более чем достаточно, а уж если добавить сюда королевские амбиции… Боюсь,нас ждет незавидная участь слепцов.

7

- Недурная тенденция в наше время в ведущих странах Европе, не находите ли, друзья мои? - спокойно пожал плечами Рошфор, не то оттого что проследил взгляд миледи, не то по собственному почину разливая по кубкам вино. - Ни во Франции, ни в Англии, ни в Испании - короли не правят своими державами сами, и право, счастье Франции в том, что ни в одной из двух этих стран нет второго Ришелье, который мог бы посоперничать с Его Высокопреосвященством.
Граф поставил кувшин на стол, отсалютовал кубком своим собеседникам, не произнося при этом ничего похожего на здравицу, так, что вполне можно было бы счесть за тост слова, сказанные им ранее.
Вино все-таки в этой дыре было на удивление хорошим, что не раз удивляло Рошфора. Вот и теперь он невольно умолк, смакуя восхитительное послевкусие от одного-единственного глотка. Вино отдавало не просто вкусом винограда из которого было изготовлено, а казалось, несло в себе самую память этого винограда о солнце, под которым тот вызревал, и глоток по первости показавшийся довольно терпким - разлился по краям языка сладковатым шлейфом.
Второго глотка граф, так и не сделал, и покачивая кубок в руках тряхнул головой, словно бы желая вспомнить на чем остановился.
- Что касается Бэкингема, и его привычки блистать - то клянусь чем угодно, миледи, вы совершенно правы. Он сейчас в Париже, собирается жениться на принцессе Генриетте по доверенности от короля Карла. И за то время, что он провел здесь - а тому уже более недели, он очаровал пол-Парижа, вернее сказать всю женскую половину Парижа, и, чего доброго, своей показной роскошью, возможно мог внушить корыстные мысли кое-кому и из мужчин, помоложе или посребролюбивее. Возможно, конечно, это всего лишь дань собственной любви к пышности и украшениям, но возможно - и намек недовольным на то, что первый министр Англии щедр по-королевски, и не считает расходов. Как знать. Недовольных всегда бывает много, а когда так явно трясут перед людьми золотом и драгоценностями, то как бы недовольство кое-кого не перешло в предательство, коль скоро обнаруживается некто столь богатый и щедрый, и, возможно готовый купить это самое недовольство, и обратить себе на пользу.
Он едва заметно нахмурился, словно пытаясь понять - не превышает ли своих полномочий, но в конце концов - кому кроме этих двоих он мог бы доверять.
- Не знаю, прав ли я, ибо по выражению лица Его Высокопреосвященства не так-то легко что-либо понять, а говорит он о своих мыслях крайне редко... Но и по обрывкам фраз, и по собственным наблюдениям, я готов поклясться, что кардинала совсем не радует такая популярность Бэкингема в парижском свете.

Отредактировано граф де Рошфор (2016-02-14 13:12:14)

8

- Дурак тот король, который полагает, что она правит сам, - взгляд Варда проследил за взглядом любовницы, но ни один мускул не дрогнул на его теле, чтобы поспешить ухаживать за ней. Нет, моя дорогая, одели мужское платье, не переломитесь, и чтобы налить себе вина. Но Рошфор оказался более галантным кавалером, хотя маркиз сомневался, что его галантность найдет должный отклик в сердце этой женщины, чье тело было великолепно, но в душу к ней лезть стоило, лишь вооружившись разумом.

- Подле Палеологов, Капетингов, Тюдоров, Валуа, Борджиа и прочих, всегда были те, кто писал историю за них, будут они и подле Бурбонов, Стюартов и Габсбургов, - равнодушная усмешка скользнула по лицу мужчины, как тень от крыла птицы, пролетающей над песками пустыни. – Вопрос в том, насколько мы..., - под «мы» де Вард подразумевал Ришелье и всех тех, кто был к нему приближен, и служил не только за золото, но и за его славу. Себя Франсуа к этим людям относил мало, он прежде всего служил сам себе, а потом Первому министру. Леди Винтер была той же яблони плодом, по его мнению, но Рошфор, он был предан кардиналу до кончиков волос на его макушке. И Вард в его присутствии ни разу не давал усомниться кардиналисту в том, что и он себя считает таким же преданным дю Плесси. Он и был таким, поскольку ни одного более выгодного предложения никто ему пока не сделал. И у маркиза хватало ума понимать, что вряд ли кто-нибудь способен присовокупить к своим обещаниям нечто большее, чем Ришелье.
– Именно в том, насколько мы сможем управлять или иметь влияние на тех, кто у тронов европейских держав, - изящные длинные пальцы потомственного дворянина рода Креспенов коснулись олова наполненного графом кубка. Коснулись, но не спешили обхватить.

- Миледи, если в ваших силах сделать так, чтобы король Карл слушался во всем своего первого министра, а тот в, свою очередь, будет внимать лишь вашему голосу, то, на мой взгляд, это весьма понравится Его Высокопреосвященству, - дю Бек послал Шарлотте взгляд, который ничуть не противоречил его словам. Он не был привязан к любовнице столь нежной страстью, чтобы не поделиться ей с Джорджем Вильерсом, если того требуют интересы кардинала.
- Я, в свою очередь, не могу похвастаться, что могу достигнуть подобных успехов. Пиментель неплохо меня принял при дворе юного Филиппа, но он столь страшен, что подпускает к себе только уличных шлюх, купленных за золото. Я пытался подложить под него неглупых особ, но Гаспар чурается всех женщин, которые способны связать более двух слов, - Вард не считал это поражением, хотя определенное неудовольствие фиаско с дамами, подосланными в опочивальню советнику Габсбурга, ему доставило. Однако, он сумел снискать, если не дружбу этого уродца, то расположение. Особенно тому нравилось называть своим лучшим собеседником отчима внебрачного сына Бурбона. На этом поле еще можно было сыграть недурно.

- Так что, говорите, Рошфор, Преосвященство недоволен Бэкингемом? Быть может наша прелестная леди Винтер сможет укротить этого тигра для кардинала и завести его в клетку? – холод металла кубка приятно пришелся к подушечкам пальцев, взявшим его, а вино ласково согрело нутро, заставив чуть ярче окраситься блеклые тонкие губы шпиона.

9

Шарлотта взяла оловянное подобие кубка и сделала несколько глотков, утоляя жажду. Вино оказалось довольно приятным – в меру терпким, немного сладким и с легкой кислинкой. Отставив бокал, она принялась задумчиво водить пальчиком по верхнему ободку. Рошфор блистал красноречием, но ее практический ум и деятельная натура требовали лаконичности в столь узком кругу доверенных лиц. Нет, она вовсе не чужда плетению изысканных кружев намеков и завуалированных издевок – этого извечного языка придворных, вот только все эти витиеватые выражения так утомительны…
— Франция – счастливейшая из стран Европы, граф. Это несомненно. — Продолжая невесомыми касаниями изучать неровности своего импровизированного кубка, проговорила леди Винтер. Пока что ей не довелось услышать ничего примечательного. Бэкингем в Париже – это неизвестно разве что слепому и глухому. О его подвигах судачат по обоим берегам Сены, а отголоски долетают и до берегов Темзы. Кардинал недоволен сложившимся положением – ожидаемо. Чужая щедрость нередко является пагубной для чести и совести недовольных и сомневающихся.
— Королевская глупость обычно дорого обходится государству. — Рассеянно ответила Миледи на замечание де Варда, не поднимая глаз от рубиново-красной жидкости. — Впрочем, Франции это не грозит, как мы уже выяснили.
Снова поднеся чашу к губам, она вдохнула пряный аромат напитка и на миг смежила ресницы, наслаждаясь приятными ощущениями. Сделав еще глоток, обняла сосуд ладонями и принялась методично раскачивать, наблюдая за тем, как плещется благородная виноградная кровь, стремясь выплеснуться на стол.
— Глупая женщина способна управлять глупым мужчиной. Умная одинаково хорошо справится и с глупым, и с умным . Мудрая  найдет подход к любому. Но ни одна женщина не сможет управлять самовлюбленным мужчиной. — Усмехнулась Миледи. — Единственный, к кому готов прислушиваться наш Нарцисс – это собственное отражение в зеркале. И он находит его советы исключительно гениальными.
Молодая женщина наконец оторвалась от своего увлекательного занятия и опустила бокал на стол. Подняла взгляд на собеседников, одарив их мимолетной улыбкой.
— Однако, наши мысли весьма созвучны, Ваше сиятельство. — Продолжила она после коротенькой паузы. — И я не могла не попробовать…
Слегка отвернувшись, Шарлотта легко сняла с головы шляпу. Несколько белокурых локонов выбились из тугой прически и скользнули по темному бархату мужского камзола. Двумя пальчиками Миледи извлекла из-под подкладки аккуратно сложенные в несколько раз листочки и помахала ими в воздухе, от чего тот наполнился тяжелым розовым благоуханием. Положив их на край стола подле себя, шпионка его высокопреосвященства вернула головной убор на место и позволила победоносной улыбке скользнуть по губам.

Отредактировано Шарлотта Баксон (2016-02-15 23:35:59)

10

Возможно предложение де Варда и вызвало бы выражение гадливости у человека менее практичного чем Рошфор. Он знавал таких, да хотя бы среди тех, кто раздувая мораль выше того места на котором ей долженствовало находиться так любил рядиться в одежды непорочной чести и с усердием достойным лучшего применения отыскивал любую соринку в чужом глазу, как водится не замечая целого лесоповала в собственных. Но у самого графа подобное предложение не вызвало решительно никаких возражений, и он лишь неопределенно кивнул головой, подумав про себя лишь о том - одобрил бы Ришелье подобные действия, или нет. Скорее всего, конечно, одобрил бы, ибо кардинал не отличался сентиментальностью там, где люди лишенные предрассудков могли своими действиями сослужить ему службу. Хотя как знать - какими были планы его преосвященства на Бэкингема? Возможно подобные действия могли бы как способствовать этим планам, так и противоречить им. Слова миледи тем временем послужили лишь логическим продолжением умозаключений де Варда, и Рошфор не без интереса наблюдавший за манипуляциями молодой женщины пригляделся к листкам.
- Вот как? Каковы же были результаты вашей попытки, миледи? Не сомневаюсь, что герцог не обошел бы вас своим вниманием, подай вы ему хоть намек на то, что бастион открыт для атаки. Ибо сейчас его артиллерия ведет веерный огонь, и метит вообще во все что движется, не исключая и тех укреплений, которые штурмовать чистое безумие.

11

Чуть брезгливо дернув губой, де Вард разогнал ладонью воздух возле своего носа. Он не имел ничего против духов Миледи, и прочих ароматических средств, которые пользуют даже дамы, ведущие кочевой образ жизни, или мужчины, сбрызгивающие письма розовой водой (у каждого свое понятие об изысканности) но сейчас аромат, распространяясь в воздухе, смешивался с запахом вина из его кубка, чем портили вкусовые ощущения от последнего.

- Жаль, что вас не было со мной в Мадриде, леди Винтер. Вы бы в полной мере, со свойственной вам мудростью, оценили этих двух испанцев, один из которых слишком молод и глуп, другой слишком страшен и боязлив, но при этом обладает такими замечательными качествами, как алчность и властолюбие, на которых я и собираюсь построить дальнейшую нашу игру с ним. Кстати, - маркиз задумчиво посмотрел в окно, словно именно там, за грязным толстым стеклом, у него были сделаны записи по испанскому делу, - именно по совету Оливареса в Мадриде начали строить 4 крепостную стену. Полагаю, что осторожность тоже не чужда этому господину, если даже не трусость. Вот она бы придала его натуре более яркий окрас, - в голосе Франсуа проскользнули интонации досады. У него было ощущение, что он что-то упустил в своих беседах с доном Гаспаром, но пока не мог уловить, что именно, и важно ли оно. Нужно будет во всех подробностях изложить содержание этих разговоров Ришелье. Возможно гибкий ум и чуткий слух кардинала смогут распознать это «что-то» и определить его важность.

- Граф, а что слышно по эту сторону границы о переписке королевы с братом? Наши люди успевают ее перехватить? Надеюсь, Его преосвященство, получает удовольствие ознакомиться с письмами королевы Анны до того, как они покидают страну? Мне думается, что у нашей Габсбургши почтовых каналов куда больше, чем известно нашему дю Плесси и отцу Жозефу, хотя доказательств в подтверждение этой гипотезы, мне не удалось собрать.
Де Вард замолчал, поскольку в дверь робко постучали, и появились два мальчонки в фартуках. Трактирщик схитрил, ведь его физиономии было приказано не появляться более двух раз в комнате, занятой господами. Он прислал своих помощников, те резво заставили стол яствами с местной кухни, и скрылись за дверью, хихикая о чем-то своем.

- Так что скрывают эти бумажки, Миледи? – несмотря на внутреннее любопытство, взгляд шпиона равнодушно скользнул по кокетливо сложенным листочкам. – Не будьте жестоки, не томите нас, сударыня, - подцепив на нож, прилагающийся к блюдам, кусочек оленины, Креспен аккуратно прихватил его зубами и принялся пережевывать долго и тщательно. При отсутствии голода и желании помолчать некоторое время, подобное пережевывание могло длиться столько, сколько считал нужным и уместным де Вард.

12

— Артиллерия Вильярса расходует заряды столь же щедро, как и жемчуг. — Иронично заметила Миледи. — Под его обстрел не попали разве что ленивые и напрочь лишенные любопытства. Что же касается безрассудных поступков, - Шарлотта в задумчивости покусала нижнюю губу, — полагаю, найдутся те, кто не сочтет за дерзость подобную храбрость и во всеуслышание поаплодируют герцогу, когда бастионы падут. Видите, граф, я даже не говорю «если», ибо совершенно уверена, что устоять перед обаянием этого человека невозможно.
В разговоре возникла короткая пауза, связанная с появлением мальчишек, которые сноровисто накрыли на стол. Леди Кларик нехотя вытащила из плетеной корзинки тонко отрезанный ломоть хлеба и в рассеянности принялась его крошить. Спохватившись, отодвинула от себя испорченный кусок и принялась пальчиком выкладывать из самых крупных крошек слово «Королева», украшенное замысловатым вензелем.
— Боюсь, маркиз, что в случае с перепиской ее величества с братом наши дела не столь плачевны, каковыми они могут оказаться, возникни переписка между королевой Анной и Бэкингемом. — Продолжила беседу леди Винтер, не прекращая своего занятия. Ей оставалось выложить еще одну букву и завершить очередную завитушку. — Герцогиня де Шеврез – великолепный игрок, и ее каналы с Англией труднодоступны даже для всевидящего ока его высокопреосвященства. Но не будем о грустном!
Встрепенувшись, дама потянулась к сиротливо лежащим на углу стола листочкам. Сочтя, что мужчины достаточно заинтригованы, она развернула первый из них и с выражением принялась читать.
— «На этом ложе будет место бою!
Скорей обвейте шею мне рукою
И дайте в губы вас поцеловать.
Забудем все, что вам внушала мать.
Стыдливый стан я обниму сначала.
Зачем вы причесались, как для бала?
В часы любви причесок не терплю,
Я ваши косы мигом растреплю».*
Закончив декламировать последнюю из записок, Миледи отложила листки в сторону и потянулась к кубку с вином. Поднесла его к губам, сделала небольшой глоток и тут же отставила. Подняла взгляд на собеседников и улыбнулась.
— Его светлость достаточно откровенен в своих желаниях, не так ли? Впрочем, столь красивому и влиятельному вельможе это простительно. И простить ему подобную слабость готова не только столь покладистая дама, как я.
Остро заточенные ноготки леди Винтер выстучали замысловатую дробь по столешнице. Ресницы опустились, скрывая насмешку в глазах дамы. Она искренне считала, что все мужчины – слабые существа, легко подпадающие под влияние умных и расчетливых женщин. Ну, почти все… Пожалуй, кардинала Ришелье Шарлотта была готова отнести к иной категории. Но, он ведь лицо духовное, а это совсем другой коленкор.
— Однако это милые шалости. Всего лишь шалости… — Негромко произнесла шпионка, аккуратно складывая бумаги и возвращая их на прежнее место. — Впрочем, иногда даже милые шалости могут иметь серьезные последствия. Особенно, если этого пожелает монсеньор.
Умолкнув, молодая женщина ловко подцепила с ближайшего блюда полупрозрачный ломтик сыра и, чуть запрокинув голову, поднесла его ко рту. Миг, и розовый, как у котенка, язычок быстро облизал губы, а глаза довольно сощурились.

Пьер Ронсар. Сонет «Любовное».

13

Рошфор слушал молча, изредка постукивая пальцами по краешку кубка, и переводя взгляд с маркиза на миледи и обратно. Ему отчего-то был неприятен этот разговор, причем не столько разговор, сколько тон, которым он велся, но он никак не мог понять - что именно его так задевает. Вящая ли легкость с которой оба говорили о делах, которые являются не их собственными, а проистекали по поручениям и воле Ришелье, которому одному и надлежало оценивать их результаты, или напротив - подспудное ощущение того, что посвященность в дела такого рода кажется им обоим личным правом на суждения и выводы, которые возможно и не слишком согласуются с волей кардинала. Хотя рассудком он прекрасно понимал что это не так, но эта легкость и едва уловимая фамильярность с которой де Вард говорил о "нашем дю Плесси" его коробила против воли.
- У каждого из нас своя роль, маркиз - отозвался он, поднимая голову в ответ на его вопрос - Право на осведомленность о переписке королевы Анны с ее братом, и уж тем более о содержимом этих писем - принадлежит лишь его преосвященству. Но не думаю, что ее величество обладает таким уж большим количеством каналов связи. Слишком малое в этой стране может произойти вне ведома кардинала, особенно в тех сферах, где слишком уверены в полнейшей секретности. Но вы сами говорите - Филипп слаб, а Оливарес труслив. Его жестокость - есть следствие его трусости, и проявляется она, как у всех слабых людей - лишь по отношению к тем, кто слабее и ниже него. Королева может сколько угодно жаловаться брату, и пытаться проводить происпанскую политику. Оливарес не посмеет пойти против Ришелье в одиночку. Поэтому-то сейчас так важен Бэкингем, и этот брачный союз. Что перевесит в своем влиянии на короля Карла - взбалмошное настроение этого раздушенного дамского угодника - или влияние его будущей супруги, дочери Франции.
А выслушав стихи - граф лишь усмехнулся и пожал плечами
- Как я и говорил. Одни желания и ветер в голове. Между прочим два слова о собственных чувствах выраженные своими словами и мыслями, были бы гораздо весомее заимствованных мыслей, между прочим - французского же поэта. Не удивлюсь если его светлость имеет наготове не один десяток подобных писулек, чтобы рассыпать их словно свои жемчуга, в надежде покорить все и вся. Только в вашем случае, миледи - он сделал полупоклон в сторону молодой женщины - если будет такова вола монсеньора - в сети попадется сам птицелов. Вы ему не по зубам, и право, я с величайшей радостью поаплодирую вашему триумфу, который утрет ему нос

14

Де Вард медленно, словно каждое движение челюсти ему давалось с трудом, пережевывал вяленое мясо, и молча слушал своих собеседников, переплетя изящные, с отсутствием узловатости на суставах, пальцы рук в замок, и смотря перед собой, а не на Рошфора или Шарлотту. Он не любил излишне смотреть людям в глаза, и позволять им заглядывать в свои. Когда не видишь чужих эмоций, не видишь движений лица говорящих, и стараешься откинуть даже звуки голоса, воспринимая сказанное, как чистейший материал, самородок благородного золота без примесей, слова воспринимаются, как писанные на бумаге, и несут с собой только информационный смысл, для чего и предназначены.

Фраза Миледи о герцогине де Шеврез заставила на мгновение расшириться зрачки в светло-зеленых глазах Креспена. Вот в чьи ларцы он с удовольствием бы запустил руку. И не для того, чтобы выудить оттуда драгоценности, а пошелестеть бумагами этой дамы, которые хранили множество секретов. Попробовать стоило, но на такое дело нужно было одобрение Ришелье, чтобы Красный герцог знал, где может пропасть его человек, если что-то пойдет не так. Дю Плесси достаточно доверял каждому из сидящих сейчас за одним столом людей, и полагался не только на их ловкость, но и на способность вершить политику его именем, как по его указке, так и без нее.* Но некоторые инициативы подлежали непременному согласованию. Де Вард хорошо знал эту грань, и никогда не позволял себе переступить через нее.

- Чтобы разжечь войну между двумя странами, Рошфор, иногда достаточно самовлюбленности и тщеславности выскочки, типа Оливареса, - Франсуа заговорил, наконец проглотив кусок оленины и запив его глотком вина. - Или Бэкингема. Вопрос в том, нужна ли эта война Первому министру Франции и самой Франции. До сих пор, насколько мне известно, наш хозяин старался избежать войны, как с нашими соседями на юге, так и со Стюартами.* Но в любой момент Его преосвященство может счесть, что мир более невозможен, а грохот пушек неизбежен. И тогда нам всем придется подышать и дымом, и порохом. А причиной может стать какая-нибудь писулька, типа той, что нам зачитала леди Винтер. И важно не содержание ее, а отправитель и адресат, - уголки тонких бледных губ мужчины дрогнули в подобии улыбки. Он взял ручку Шарлотты в свою и поднес ее к ним, запечатлев на нежной коже женщины поцелуй полный почтения и восхищения.

- Присовокупите эти бумажки к своему устному докладу кардиналу, сударыня. Уверен, они доставят ему отдельное удовольствие, и может он даже поддразнит Вильерса, заставив своих музыкантов положить именно эти строки Ронсара на мелодию.
Отпустив ручку женщины, Франсуа поднялся со своего места.
- Я оставляю вас, господа, - привычными жестами до бровей была опущена шляпа и на руки натянуты перчатки. – Не будем больше заставлять ждать Его преосвященство, и я пойду первым. Миледи, не прощаюсь, встретимся во дворце Ришелье. Рошфор, всегда рад видеть вас, - скользнув кончиками пальцев по краешку полей своей шляпы, маркиз покинул сначала комнату, где они все собрались, а потом и сам трактир.

*согласовано с Armand-Jean de Richelieu

15

— Вы мне льстите, граф. — Насмешливо заметила Шарлотта, отвечая на тираду Рошфора. — Я всего лишь слабая женщина, нуждающаяся в твердой пастырской руке в, направлявшей бы мои поступки и благославлявшей на них. И потому пока что Бэкингему ничего не грозит. Он может по-прежнему изливать патоку и блистать драгоценностями, затмевая разумы несчастных, падких на внешнюю красоту. Мы же с Вами удовольствуемся знанием о несовершенстве применяемых им методов и свойственном неподражаемому господину Вильярсу дурновкусии.
Переключив внимание с одного мужчины на другого, Миледи согласно кивнула де Варду, когда тот предложил ей присовокупить упомянутые бумаги к докладу у его высокопреосвященства. В принципе, она и без его напоминаний собиралась сделать то же самое, но лишнее подтверждение значимости этих, казалось бы, глупых и бессмысленных писулек, льстило ее самолюбию. Леди Винтер была амбициозна и властолюбива, а потому всякое упоминание о вольных или невольных заслугах доставляло ей удовольствие.
— Ну, разумеется. — Благосклонно ответила шпионка, наблюдая за тем, как маркиз склоняется к ее руке и запечатлевает на ней почтительный поцелуй. — До скорой встречи. — Добавила она, провожая любовника взглядом.
Все, что нужно, было сказано. Обмен информацией состоялся – теперь ничто не мешало явиться пред светлы очи монсеньора и преподнести ему добытые сведения с наиболее выгодной стороны. Сочтя, что времени с момента ухода Франсуа прошло достаточно, Шарлотта поднялась: поправила шляпу, спрятав выбившиеся белокурые локоны, и надела перчатки.
— Благодарю, Ваше сиятельство, за приятную беседу. Позвольте откланяться, ибо всемогущий Ришелье не прощает опозданий. Мне же нужно еще побывать у себя, чтобы подготовиться к встрече. Если понадоблюсь, Вы всегда знаете, где меня найти.
Окинув почти нетронутый стол и недопитое вино цепким взглядом, словно подмечая – не оставили ли они каких-либо улик, свидетельствующих о тайной встрече преданных кардиналистов, Миледи вышла на лестницу и стремительно сбежала вниз. Поймала любопытный взгляд трактирщика, который явно караулил своих загадочных посетителей, впрочем, не нарушая отданного приказа, и скрылась за дверью.

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.