Лилии и шпаги

Лилии и Шпаги

Объявление

На небосклоне Франции кто-то видит зарю новой эпохи, а кто-то прозревает пожар новой войны. Безгранична власть первого министра, Людовик XIII забавляется судьбами людей, как куклами, а в Лувре зреют заговоры, и нет им числа. И никто еще не знает имен тех, чья доблесть спасет честь королевы, чьи шпаги повергнут в трепет Ла-Рошель. Чьи сердца навсегда свяжет прочная нить истиной дружбы, которую не дано порвать времени, политике и предательству, и чьи души навеки соединит любовь.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Лилии и Шпаги » 1626 год - Через тернии к звёздам » Пир дураков


Пир дураков

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

3 января 1626 года от Рождества Христова.

Горожане в эти дни разыгрывали сатирические сценки и устраивали карнавальные шествия. Героями сценок часто становились католические священники. Празднества устраивали не только горожане, но и придворные. Самый глупый или самый популярный, по всеобщему признанию, житель получал титул "Господин Беспорядка" и являлся главой рождественских увеселений. Его приказы были обязательными к исполнению для каждого.

Участвуют все желающие.
(Объем постов произвольный)

Отредактировано Планше (2018-01-01 15:47:45)

2

Празднование Нового Года в мушкетерском полку прошло бурно, можно сказать, что слишком бурно. Даже три дня спустя юный гасконец чувствовал хмель в голове. Прав был Атос, когда говорил, что молодежь совсем разучилась пить. Чтобы хоть немного освежить голову Шарль решил прогуляться до трактира по морозной улице, тем более Планше куда-то запропастился и не оставил никаких съестных припасов хозяину.
- Небось веселится где-то прохвост, - беззлобно буркнул себе под нос юноша. В эти дни все в Париже веселились, что есть сил, и злиться на слугу было просто невозможно.
Поплотнее закутавшись в плащ, д'Артанья недолго думая направился в "Сосновую шишку". Уже на подходе к трактира был слышен смех и улюлюканье. А уж когда гасконец вошел в трактир, то едва ли не оглох в первую секунду. В самом заведении яблоку было негде упасть, за исключением небольшого круга в котором стоял человек запутанный в красную ткань и с надменно видом диктовал какой-то текст.
Кого изображал человек в круге было понятно без всяких пояснений. Конечно же это был кардинал Ришелье, изображенный весьма правдоподобно, насколько мог судить Шарль. Когда эта хохма перестала быть смешной актера вытянули из круга, и его место заняли парочка подростков, которые принялись распевать куплеты про присутствующих.
Слушать их было едва ли возможно из-за гормона толпы, потому Шарль решил рискнуть протолкнуться через толпу и заказать себе вина, если оно еще осталось у хозяина после такого наплыва гостей.

Отредактировано Шарль д'Артаньян (2018-01-01 16:49:44)

3

Планше без всякого зазрения совести, которой у него отродясь не было, пропадал эти дни по большей части на площадях города, где царило веселье. Пока его господин усердно нес службу в полку, поднимая стаканы с вином за здоровье короля, королевы, за новый год и господина де Тревиля, Планше поставил перед собой цель – стать копией Господина Беспорядков, которым в этом году был выбран Гуго Фабьенн – известный всем чудак, державший бакалейную лавочку.  Ему ничего не стоило поставить своего подмастерье за прилавок, а самому под видом покупателя торговаться за свой же товар, набивая цену. Или с самым серьезным видом утверждать, что это не каштаны, а орехи, а если хотите каштанов, то они вот там. Как это изюм? Храни вас Иисус! Это каштаны. Мелкие? Нууу… такими уродились. Время от времени Гуго расхаживал перед своей лавкой с лампой и в ночном колпаке. Утверждая, что сейчас уже ночь. Нет, он не был сумасшедшим, как не пытался признать это его младший брат, желавший заполучить лавочку. Гуго твердо знал что ему сойдет с рук, а что нет. А в умении передразнивать людей ему и вовсе не было равных. Кто-то избегал ходить в его лавочку по этой причине, а кто-то, наоборот, заходил чтобы купить фунт муки и поглазеть как Гуго передразнивает своих покупателей или изображает из себя монаха.
В этом году Гуго Фабьенн был избран Господином Беспорядков и повелел называть его Гуго Первый.  И Планше ухахатываясь смотрел, как Гуго отдавал приказы порой настолько нелепые, что хоть стой, хоть падай. Сегодня Господин Беспорядков повелел всем носить шляпы, вывернутые наизнанку, а кто ослушается, тот должен будет прокукарекать десять раз, стоя на одной ноге окружающим было лучше видно провинившийся должен сделать это в ближайшем трактире, стоя на большой бочке.
- Заходи! Заходи! Сейчас ты увидишь, как не соблюдать законы! – Гоготала толпа, подталкивая почтенного нотариуса, который грозился позвать охрану, к входу в «Сосновую шишку».
- Именем Господина Бесподядков! Ра-а-а-зойди-и-ись! – свита Гуго шуганула подростков, распевающих куплеты.
- Давай! Начинай!
Нотариусу была услужливо подвинута бочка, и даже табурет, чтобы тот мог забраться.
Почтенный горожанин все еще надеялся избежать позора, но его окружили со всех сторон, не давая выбора.
- Кукареку… - едва слышно пролепетал нотариус.
- Э-э-э, нет, братец, так не считается. Начинай заново.
Нотариус набрал в легкие побольше воздуха, заэжмурился и опять прокукарекал.
-Какареку!
Толпа одобрительно засмеялась, даже раздались хлопки.
- Кукарекууу!! – продолжал нотариус, молясь, чтобы никто из знакомых его не увидел.

4

В трактир вломилась шумная толпа и представление начало становиться куда более интересным. Видно,что за дело взялся мастер. Шарль понял, что многое пропустил за последние пару дней. Потому как не сразу сообразил что вообще происходит.
Господин Беспорядков! Вот оно как! Шарль даже вытянул голову, чтоб рассмотреть того, кто удостоился этой чести. Кто был этот господин, гасконец не знал, но по нему было видно, что это человек крайне веселого и безобидного нрава.
Пока гасконец рассматривал того, кто стал практически королём Парижа на ближайшие дни, действо приняло новые обороты. Вот уже в центре стоит, водруженный на бочку, почтенного вида мсье и залившись краской выводит первую петушинную трель.
Д'Артаньяну даже стало немного жаль почтенного господина,который сейчас изо всех сил изображал петуха, уж слишком мученический был у него вид. Но с очередным петушинным криком гасконец присоединился к хохочушей толпе. Уж больно безобидной была шутка.
- А в чем же провинился этот бедолага, - спросил Шарль у стоящего рядом с ним паренька, стараясь сдержать хохот.
- Ох, не хотел бы я оказаться на его месте, он шляпу не вывернул, вот теперь и кукурекает, - мальчишка сложился пополам от смеха.
- Вот он каков нотариус! - крикнул кто-то в толпе, узнав провинившегося, от чего смех только только усилился. Когда бы это простой народ ещё смог безнаказанно поглумиться над чиновником.
Тем временем толпа стала считать сколько же раз почтенный господин кукарекнул. И к девятому разу зал уже лежал от смеха, а поставленный на бочку господин, был ярко алого цвета, что усилило сходство с птицей, которую он так усердно изображал.
Но тут началось неладное, видимо осмелевший от стыда, или решивший, что на этом наказание оконченной, мсье собрался удрать и стал спускать коротенькую ножку с бочки.
- Эй, господин, куда это Вы собрались?! - крикнул Шарль, завидев попытку к бегству

5

Под конец нотариус даже не считал, сколько ему осталось прокукарекать. Раз за разом стискивая зубы после очередного изображения петушиного крика, он чувствовал, что неделю теперь, если не всю жизнь не сможет смотреть на куриное мясо или яйца.
«Ах ты, курицын сын», - подумал он, выдавливая из себя очередное ку-ка-ре-ку, чувствуя, что щеки его горят от стыда, того и гляди кровь бросится в голову. Крики толпы он предпочитал не слушать. Такое унижение! Такое унижение! Хоть бы никто не видел его позора. Это было его самое сокровенное желание и он твердил его в мыслях вновь и вновь.
Но, чу! Кажется, счет толпы прекратился, значит, его наказание закончилось! Окрыленный этой надеждой он стал слезать со своего постамента, и уже коснувшись ногой табурета, услышал оклик.
- Э-э-э… я… разве это не все? – почти промямлил нотариус, не зная куда ему – лезть обратно или все же спуститься.
Видя его нерешительность мальчишки, набежавшие на бесплатное развлечение, заулюлюкали, засвистели, несчастный нотариус потерял равновесие и упал с бочки, смешно махая во время падения руками, стараясь удержаться за воздух.
- Помогите! – почти ни на что не надеясь сдавленным голосом крикнул он в толпу и тут же прикусил язык, чувствуя, как в штанах становится тепло и мокро. От бессилия нотариус закусил ладонь, чтобы не разорваться проклятьями в адрес хохочущей вокруг толпы.

Планше же, до недавнего времени веселившийся вместе со всеми, услышав, такой до боли знакомый родной и любимый голос своего господина, поспешил слиться со стеной, стать невидимым и неслышимым.  Не несколько су, что у него были сегодня утром, он потратил не на хлеб и сыр для господина мушкетера, а на фиалки для одной черноглазой девицы. Та вот так и сыпала ему авансы, намекая на то, что она может быть очень даже сговорчива и на поцелуй и на разрешение подержать ее за талию, а может что-то еще.

6

У Люсьена выдался очередной свободный денек, половину которого он провел почти как в детстве: обходя город и помогая по мелочам и не мелочам всем, кому эта помощь требовалась - не бесплатно, разумеется. Заплечная сумка заметно отяжелела от пирогов, чуть отсыревшей половинки сахарной головы, свертка с ошметками богатой вкуснятины и десятка яиц вкрутую. Не забыл и к Марселю забежать, забрать письма господам де Кретель. Заодно высматривал, не подросла ли где подходящая ему красавица. Но - нет, таковой пока не обнаруживалось. То есть, красивых девчат немало, но вот своей... - нет. Или не выросла ещё, или искать её надо не в Париже. 
Фухх, набегался. С одной стороны - хорошо, что не замерз, с другой - всё-таки не помешало бы посидеть в теплом местечке, простуду предупредить, от греха подальше-то. Ангел-хранитель и святой Луциан, должно быть, согласились с последней мыслью, ткнув Люсьена носом в дверь "Сосновой шишки".
  Аааа, тут веселье?! Отлично! Но представление явно подходило к концу. Кто-то сдавленно просипел о помощи. Оглянувшись, парень заметил явно прячущегося Планше - мигом, не хуже совы, повернул голову в другую сторону, заметив господина д'Артаньяна. "И что он опять натворил, хотел бы я знать? Выдать - я его не выдам, но исповедаться мне ему придется".

Отредактировано Люсьен Патшер (2018-01-03 02:59:27)

7

- Смотрите, смотрите внимательнее, Франсуа, - кошачьи глаза Миледи сверкнули из-под широкополой шляпы со страусиным плюмажем, - все эти несчастные даже не подозревают, что все их сегодняшнее веселье завтра может обернуться кошмаром. Хотя…право, о чем это я. – Шарлотта одарила своего спутника обольстительной улыбкой.

Ловким и, судя по всему, привычным движением молодая женщина закинула широкий плащ на одно плечо, чтобы скрыть слишком изящную для мужчины фигуру. Мужской костюм был привычен для Анны. Она носила его с таким же изяществом, как и самое роскошное из своих платьев. Они вместе с Франсуа де Жюссаком медленно продвигались по одной из оживленных улочек Парижа. Хотя просто оживленной она была в обычные дни. Сегодня же здесь яблоку негде было упасть. Анна ненавидела промедления, особенно, если ей было что сообщить Его Высокопреосвященству, но улицы были наводнены людьми. Весь этот сброд от души веселился. Анна уже давно покинула седло и вела свою лошадь под уздцы. Сегодня она прибыла из Англии, де Жюссак встретил ее и должен был сопроводить в Пале Кардиналь. И, видит Бог, они давно бы уже предстали пред взором Ришелье, если бы ни этот кошмар, который творился вокруг.

Шарлотта раздражалась все больше. Еще более усугубляла положение одна из шпилек, которой были заколоты белокурые волосы Анны, чтобы они не выбивались из-под шляпы. Негодная шпилька нещадно колола. Но Миледи мужественно держалась. Однако, когда во всей этой свистопляске какой-то грязный мальчишка наступил ей на ногу, молодая женщина, потеряв, как бывало, всяческое самообладание, отвесила ему отменную оплеуху. Неизвестно, что сталось бы с мальчишкой, который смотрел на молодого дворянина, ударившего его по лицу, если бы тонкий слух леди Винтер не услыхал, как неподалеку группа негодников позволяла себе крайне нелестные высказывания в адрес первого министра Франции, а потом один, видимо совсем осмелевший, начал горланить куплеты, в которых высмеивал Ришелье и, что более всего возмутило молодую женщину, его шпионов, а, если уж быть точнее, «прихвостней Красного герцога». В куплетах так же досталось кардиналу де Ла Валетту и отцу Жозефу.

- Вы это тоже слышите, Франсуа? – Анна одарила своего спутника нежнейшим взглядом, как-будто собиралась признаться ему в любви. – Если мне не изменяет память, Вы начальник личной охраны Ришелье. – Это уже был не шепот, а шипение змеи, готовой задушить свою жертву. Что Шарлотта хотела сказать, так и осталось известным ей одной. В толпе зоркий взгляд Анны заметил знакомое лицо. Память тут же подсказала имя. Д’Артаньян. Молодой дворянин скрылся в трактире под вывеской «Сосновая шишка».
- Здесь просто невозможно протолкаться. – Фыркнула Шарлотта, но тут же подала жест де Жюссаку. – Но нам привлекать к себе внимание ни к чему. Я уже изрядно подустала. – Молодая женщина постаралась изобразить на своем лице мучения, благо проклятая шпилька продолжала изводить ее. – Посмотрите, там какой-то трактир. – И, не дожидаясь одобрения своего спутника, Анна направилась в сторону «Сосновой шишки».

В кабаке было так же людно, как и на улице. Здесь громко смеялись и разговаривали, выкрикивая какие-то имена. Шарлотта слушала, запоминала и делала для себя выводы. Все лавки и столы были заняты. В самом дальнем и темном углу на лавке спал какой-то несчастный, явно опьяневший как от вина, так и от счастья, которое, казалось, приносил здесь всем праздник. Шарлотта, не задумываясь, двинулась к нему. Дырявая шляпа, с заботой помещенная на столе, тут же была скинута уверенным движением руки леди Винтер на пол, а ее спутник, ни мгновения не сомневаясь и схватив спящего бедолагу за шиворот, встряхнул его и отменным пинком отправил туда, где, судя по всему, развернулось настоящее представление*.

*Согласовано

8

Франсуа и не нужны были колкие замечания и намеки его обольстительной спутницы. Природа (а, быть может, это было фамильной чертой рода д’Амблевилей) и так одарила шевалье вспыльчивым нравом, и молодой человек с большим удовольсвием проткнул бы парочку из этих веселящихся негодяев своей шпагой, тоже показав своеобразное представление, ну, допустим, под названием «Рябчики на вертеле». Однако Франсуа четко помнил указания Его Высокопреосвященства – незамедлительно и со всеми возможными предосторожностями доставить белокурую незнакомку к нему. Ха! Незнакомку. Возможно, для кого-то леди Винтер и была незнакомкой, но Франсуа не сегодня крестили, как говаривал его батюшка. Шевалье прекрасно знал, что Миледи, так же, как и он, состояла на службе первого министра Франции. Только, если сам Франсуа доказывал свою верность Ришелье ловко орудуя своим кленком и готовый, в случае необходимости, отдать жизнь за герцога, то белокурая дама служила кардиналу весьма сомнительными методами. Франсуа закусил ус. И что его вечно тянет на какие-то рассуждения? А кто вообще сказал, что служить можно, только орошая кровью землю под ногами своего покровителя. К тому же, Ришелье – ловкий политик, а политика, знаете ли, дело такое: одной правдой не проживешь.

- Дьявольское ты отродье, - выругался де Жюссак, когда получил отменный удар локтем в бок, не успели они с Миледи войти в кабак.
Перехватив взгляд леди Винтер, шевалье отправился к столу, на который указывала его спутница. Церемонии только в Лувре почитаются, поэтому Франсуа, не мешкая ни секунды, выкинул спящего на лавке человека, протер эту самую лавку рукой, затянутой в перчатку и жестом предложил Миледи присесть.

Разместившись напротив своей спутницы, д’Амблевиль с интересом начал рассматривать людей, наполнявших кабак. Кто бы мог подумать, что весь этот сброд, вечно жалующийся на налоги, ненавидящий и, в то же время, трепещущий перед первым министром, может так веселится. Де Жюссак, заметив манящий его пальчик леди Винтер, перегнулся через стол. Молодая женщина прошипела ему в ухо имя, услышав которое Франсуа позволил себе смешок*. В кабаке оказались и знакомые лица. Но не успел шевалье что-либо ответить своей спутнице, как его схватила чья-то могучая рука, хватка которой была железная, и Франсуа не мог из нее вырваться. Не успел шевалье и рта раскрыть, чтобы изрыгнуть ругательства, как ему на голову водрузили какой-то горшок и, как казалось молодому человеку, по этому горшку начали стучать тысячами дубин. Это был сущий ад. Голова гвардейца (во всяком случае так казалось Франсуа) стала огромной. Еще немного и она треснет пополам. Д’Амблевиль пытался вырваться, но руки его держали так же крепко, а попытки нащупать рукой шпагу оказались тщетны.

*Согласовано с Миледи

9

- Вот! Это он!

Проклятый мальчишка, которого Анна одарила оплеухой, оказался злопамятным и решил мстить. За его спиной стояло человек десять ему подобных.
Миледи только и успела, что прикусить губку, когда грязный палец негодяя указал на нее. Анна, конечно, в первую минуту даже не сомневалась, что де Жюссак научит этих оборванцев уважать дворян, но, увы, сейчас в дело вмешался Случай. Франсуа, пусть и вынужденно, пришлось участвовать в каком-то спектакле. Шарлотта даже не успела понять в каком, потому что ее спутника людская толпа унесла так быстро, что он сам, наверняка, ничего не успел понять. Но интриганке сейчас некогда было думать о других. Она и сама была на волосок от гибели. Чего хотели эти люди, Анна даже предположить не могла. Конечно, можно было бы открыться и объявить, что она женщина, только вряд ли бы это ее спасло.

- Какого дьявола тебе от меня нужно? – Шарлотта наотмашь ударила руку мальчишки с этим ненавистным ей грязным пальцем, все еще указывающим на нее. – Или, быть может, тебя не учили манерам?
Кошачий взгляд Миледи оценил расстояние до двери. Но даже если она сумеет выбежать и сесть на лошадь, в толпе ей не сдвинуться и с места.

- Жак, - крикнул громовым голосом один из подельников мальчишки, - давай мы подержим этого юродивого, а ты отделаешь его по морде, как он тебя.
Шпионка даже задохнулась от возмущения. Но помощи было ждать неоткуда.
Шарлотта вскочила со своего места и кинулась туда, где из де Жюссака уже сделали короля горшков. Чья-то рука скинула с молодой женщины шляпу, и белокурые волосы рассыпались по плечам. То, что в кабаке оказалась женщина, только позабавило публику.
- У нас сейчас будет и королева. – Хохот оглушил кардиналистов, как зловещий приговор.

10

Начали стихать последние смешки после ни с чем не сравнимого выступления бедолаги нотариуса, а народ требовал ещё хлеба и зрелищ. И если на "хлеб" нужно раскошелиться, то зрелища тут совершенно задаром. Главное не стать их главным участником, а точнее главным посмешищем. Тогда уж будет совсем не весело.

Шарль с интересом оглядел зал трактира, но к своему сожалению не приметил знакомых лиц, зато заметил, как к двоим господам подкрадываются с огромным горшком помощники Господина Беспорядков. Заприметив шпагу на бедре потенциальной жертвы гасконец с ещё большим интересом принялся наблюдать за происходящим. Уж больно было интересно, хватит ли у этого месье реакции и сил, чтоб  совладать с горшком, который вот-вот приземлится на его голову. Что произошло дальше юноше оставалось только догадываться, смотря в след господину, которого волокли в центр зала с горшком на голове.

Но как оказалось представление за эти столиком ещё не окончилось. Но следующую  сцену уже врядли можно было назвать новогодней шуткой. Запахло дракой. И судя по всему неравной дракой. Шарль глянул на щуплого мальчишку, которому собственно и собиралась эта орава показать силу своих кулаков. Да,  шансов никаких. Десяток на одного, да ещё и безоружного по всей видимости... Хорошо бы этот юнец умел быстро бегать. Гасконец подумывал о том что бы вмешаться, но решил ещё немного подождать. Благодарности за защиту он врядли дождется, а тумаков горести сможет сполна.

Видимо и сам молодой дворянин понимал, что с этими мальчишками ему не справиться, потому рванул в толпу. Но куда там! Эта самая толпа словно мягкая перина спружинила и вернула беглеца. Только уже без шляпы. Ох! Ну надо же! А беглец-то оказался девицой.
Шарль протолкнулся через толпу  поближе к происходящему. Это мальчишке он не готов был помочь, а даме попавшей в такое  затруднительное положение просто невозможно отказать в помощи, пусть даже ценой намятых боков. Тем более, что дама весьма хороша собой, а то какие причуды заставили её скрыть свою красоту под мужской шляпой, это дело десятое.
- Господа, вынужден Вас разочаровать, это моя дама. А я, увы не король, а значит и ей не стать королевой, - решительно растолкав мальчишек, Шарль уже собрался вернуть даму за столик, который она покинула, и на некоторое время занять место её спутника. Конечно ждать что все закончится вот так просто не приходилось. Сейчас эти умники вероятно пуще прежнего полезут из кожи вон, чтоб восстановить справедливость. А пока стоит найти место, где удобнее будет поучить манерам этих смутьянов, если они полезут на рожон.
- Сударыня, не стоит сожалеть о потерянной шляпе, для меня будет честью предложить Вам свою, чтобы Вы не смущали публику своей красотой, которую здесь и сейчас едва ли кто-то сможет оценить по достоинству, - растекаясь хвалебными речами, гасконец взял даму под локоток и утянул немного в сторону. Надеясь, что как только его невольная спутница спрячет свои белокурые волосы под шляпу, о "королеве" все позабудут.

Отредактировано Шарль д'Артаньян (2018-01-08 13:23:21)

11

Нет, для Анны не было неожиданностью, что помощь она получила от врага. Конечно, этот самый  враг этого и не подозревал. Но Шарлотта давно заключила союз со своей совестью, поэтому не гнушалась получать помощь от того, кто ее предлагал. А Де Жюссак...Ну и черт с ним. Пусть сам выпутывается.

- Месье, - Миледи даже всхлипнула, чтобы хоть как-то продемонстрировать женскую слабость. - Я тут оказалась совершенно случайно. - Интриганка позволила себе слезы. Анна научилась играть все, что только могло помочь ей. И теперь ей просто необходимо было изобразить слабую, беззащитную женщину (будь проклять Де Жюссак, она ему еще припомнит!).
-Я вернулась в Париж, после долгого отсутствия, а тут...- Снова всхлип, который не мог оставить равнодущным мужчину. - Все улицы заполнены народом. Мой экипаж встал. Этот господин, - Анна жестом руки указала в сторону, где все еще публика, состоящая из оборванцев, глумилась над капитаном личной охраны первого министра Франции, - он предложил помощь и сопроводил меня сюда...на мою беду. - Шарлотта залилась такими горькими, а, самое главное, естественными слезами, что они могли разжалобить даже стены трактира.
- Я так благодарна Вам, месье. - Анна подарила врагу обворожительную улыбку, в сердцах проклиная его. - Не назовете ли Вы мне свое имя, благородный юноша? Хотя...- Шпионка Ришелье прервала саму себя, - каково бы оно ни было, знайте, Вы всегда желанный гость в особняке на Королевской площади!
А там я уж позабочусь, чтобы ты, негодник, не доставлял огорчений Его Высокопреосвященству.


Вы здесь » Лилии и Шпаги » 1626 год - Через тернии к звёздам » Пир дураков