Лилии и шпаги

Лилии и Шпаги

Объявление

На небосклоне Франции кто-то видит зарю новой эпохи, а кто-то прозревает пожар новой войны. Безгранична власть первого министра, Людовик XIII забавляется судьбами людей, как куклами, а в Лувре зреют заговоры, и нет им числа. И никто еще не знает имен тех, чья доблесть спасет честь королевы, чьи шпаги повергнут в трепет Ла-Рошель. Чьи сердца навсегда свяжет прочная нить истиной дружбы, которую не дано порвать времени, политике и предательству, и чьи души навеки соединит любовь.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Лилии и Шпаги » 1626 год - Через тернии к звёздам » Пир дураков


Пир дураков

Сообщений 21 страница 30 из 30

1

3 января 1626 года от Рождества Христова.

Отредактировано Планше (2018-01-01 15:47:45)

21

Шарль очень надеялся, что проучив юнцов, можно будет продолжить разговор с незнакомкой, а может быть и проводить даму до дома, пока ее незадачливый спутник избавляется от горшка на голове.

Но не тут-то было. Надавать обидных тумаков мальчишкам не составило никакого труда: пареньки были горазды только языком бряцкать. Когда же дело дошло до драки, они совсем скисли, вмиг лишившись своего боевого настроя. Зато происходящее привлекло внимание толпы, которая, видимо, надеялась увидеть здесь и сейчас едва ли не повторение гладиаторских боев. Кто-то, видимо, самый захмелевший посетитель, громко прокричал: - Да разве это драка? Сейчас вы увидите, что такое настоящая драка!

Шарль усмехнулся в усы и заботливо подкрутил кончики оных. На продолжение драки он даже и не рассчитывал, потому сейчас спокойненько осматривал трактир, пытаясь найти таинственную незнакомку.
- Это же надо быть таким болваном и не спросить у дамы имя, - буркнул себе под нос гасконец, поняв, что красавицы и след простыл. Юноша уже было думал уйти из трактира, сейчас сидеть здесь в одиночестве почему-то не представлялось такой заманчивой идеей. Хорошо бы заглянуть к Портосу по дороге домой: наверняка добродушному великану найдется что порассказать юному другу.

За всеми этими размышлениями д'Артаньян совсем перестал следить за происходящим в зале, потому сильный удар в плечо, едва не сваливший его с ног, вернул гасконца с небес на грешную землю, где кипела нешуточная драка. Оставаться в стороне будущий мушкетер был не намерен, тем более что теперь из трактира можно было выйти только продравшись через беснующуюся толпу. И именно это он и собирался сделать.

Самым неприятным в этой ситуации было то, что выбор оружия был откровенно говоря специфическим. Объемистый, краснолицый мужчина, стоявший на пути Шарля, умело орудовал щипцами для камина и какой-то палкой (прежде она могла бы быть ножкой для стола). Действовать силой тут было бесполезно. Один удар таким оружием - и гасконец вполне мог отправиться к праотцам. Поэтому он что было сил отбивался, ожидая, когда его противник  неловко замахнется. И вот оно - деревянная палица проскочила в каком-то дюйме от плеча юноши, а ее хозяин неловко пошатнулся. Этого хватило для того, чтобы Шарль скользнул за спину противника и дал хорошего пинка, который свалил его на пол. Да - не слишком изящно, да - совсем не аристократично. Но зато как действенно!

Где-то совсем рядом послышались голоса друзей.
- Атос! Арамис! Вы не представляете, как я рад вас видеть! Друзья, вы не поверите, но эту потасовку затеял не я, - со смехом ответил друзьям гасконец. - Но не грустите о том, что вы пропустили самое начало драки. Противников еще полно, если у вас есть желание поразмяться, - сейчас, когда друзья стояли несколько в стороне от основных боевых действий, можно было оценить поистине грандиозный масштаб драки.
- Не обижайтесь, дорогой друг, еще четверть часа назад здесь было неимоверно скучно, если не считать появления одной очень хорошенькой и очень загадочной особы, - ответил юноша, видимо, не на шутку обиженному Портосу, который присоединился к ним через считанные минуты, раскидав при этом большую часть дерущихся.
- Будь это господин де Жюссак, нас уже наверняка попытались бы арестовать. Вот тогда бы мы действительно повеселились на славу!

Вечер сегодня был благоприятен для встреч. И Мушкетон явился, и Планше объявился - тот самый, которого с самого утра было не видать, паршивца. В доме ни крошки, а этот прохвост знай себе гуляет. Гасконец прикинул, что раз эта парочка слуг появилась так синхронно, то были они где-то рядом, и скорее всего что-то затевали. Он окинул своего слугу в меру суровым взглядом. Про незнакомца из Тарба юноша не слишком-то поверил, да и пустой желудок тоже говорил за то, что веры этому прохвосту нет никакой.
- А кроме этого господина ты больше никого не видел? Может, кто из гвардейцев был в трактире, да я не заметил?

22

- Помяните мое слово, господа, - назидательно начал Атос, - если здесь действительно была хотя бы тень господина де Жюссака, этой верной ищейки кардинала, то обо всем случившемся Ришелье узнает в ближайшее время, если, конечно, не в курсе всего уже. А он, как Вам известно, люто презирает дуэли и потасовки. Достаточно вспомнить эдикты, авторство которых я склонен приписывать нашему министру.

Хоть граф де Ла Фер не причислял себя к любителям шумных развлечений и предпочитал размеренную, или, говоря словами его друзей, скучную жизнь, драка в трактире пришлась ему по душе. Граф размялся и, что самое главное, встретился с друзьями.
- Портос, друг мой, Вам не за что сердиться на нас. Мы с Арамисом и подумать не могли, что в "Сосновой шишке" так жарко. Да и д'Артаньяна не ожидали здесь увидеть. - Атос  опустился на лавку за одним из свободных столов. - Эй, Вы...- Мушкетер махнул рукой Мушкетону и Планше. - Организуйте нам вина и хорошей закуски. Да поживее! Чувствую, господа гвардейцы не заставят себя долго ждать.

- Итак, д'Артаньян, что это за особа, о которой Вы так лестно отзываетесь? - Оливье жестом руки пригласил гасконца располагаться рядом с ним. - Я так понимаю, это женщина, да еще и хорошенькая. - Атос побледнел. - Поверьте,  дорогой друг, от женщин не стоит ждать ничего хорошего. От них одни неприятности.  Это посланники дьявола на земле. - Мушкетер вздохнул. - А если женщина еще и хорошенькая, клянусь Вам, ждите беды...Однако, где эти бездельники? Давайте пить, друзья. Давайте пить за дьявола и его верных служителей - женщин.

Атос был верен себе. Стоило при нем упомянуть о дамах, как он становился мрачнее тучи, и собеседник из него был никудышный.

23

- Атос, - ласково улыбнулся Арамис, опускаясь на лавку напротив друга и пощипывая мочку уха, чтобы она приобрела нежный розовый оттенок. - Господь создал нас по подобию своему, поэтому и женщины, эти нежные создания, не могут быть пособниками дьявола. Хотя, в чём-то Вы правы. Недуг, съедающий мужчину, – это и есть женщина.

Рене хотел добавить что-то еще, но заметив, что Оливье стал мрачнее тучи, благоразумно решил, что развивать спор на эту тему, во всяком случае с графом, не стоит. Но в поле зрения хитрого мушкетёра попал друг-великан.
- Расскажите нам лучше Вы, дорогой Портос, как поживает Ваша "герцогиня"? Вы так давно не баловали нас своими рассказами о ней.

Задавая вопросы другим, сам Арамис был весьма скрытен и о своей даме сердца - кузине белошвейке - рассказывать не торопился. Но стоит отдать должное будущему аббату, во-первых, обычно д'Эрбле полностью отрицал наличие у него каких-либо сердечных привязанностей, кроме привязанности духовной к Всевышнему, а, во-вторых, обсуждал только те темы и называл лишь те имена, которые сами во всеуслышание называли заинтересованные лица. А Портос, как известно, отличался отменной болтливостью, и о его "герцогине" знал, наверно, сам кардинал.

- И, кстати, наш друг Атос, по-моему, прав. Не стоит засиживаться здесь слишком долго. - Арамис бережно расправил перо на шляпе. - Люди кардинала не заставят себя долго ждать. Если, конечно, слуги не ошиблись и видели здесь действительно месье де Жюссака. Не очень хотелось бы объясняться перед капитаном за очередную потасовку.

И причина была не только в де Тревиле. Записка, полученная от "кузины", буквально не давала Рене покоя. А желание поскорее увидеть даму сердца было настолько велико, что Арамис готов был убить и сотню гвардейцев, если бы они попытались этому свиданию помешать.

24

Портос лишь крякнул и усмехнулся в усы на слова Атоса про господина де Жюссака. О вездесущем Ришелье даже пели песенки на улицах Парижа. Одной сплетней больше вольется в уши кардинала, одной меньше - это Портоса сейчас мало заботило.
- Жаль, что этот де Жюссак не попытался всех тут арестовать, вот был бы повод повеселиться. Если французов будут арестовывать только за то, что они зашли в трактир пропустить стаканчик вина или поесть, то никаких тюрьм не хватит.
Портос, который понял, что ничего интересного тут не пропустил, а пришел в самый разгар веселья, поправил тыльной стороной ладони свои усы и первый же рассмеялся своей шутке.
Он любил своих друзей, любил когда все просто и ясно. Драка значит драка, застолье, значит пир горой.
- Вы еще тут??? - Недоуменно заглянув на слуг, Портос постарался придать себе грозный вид. - Живо тут прибрать и чтобы еда была на столе сейчас же, а не к вечеру.
Забота о желудке была не на последнем месте гиганта, но он не мог не быть польщенным вопросом арамиса о герцогине.
- Хм... моя герцогиня, сударь, не шлет мне вышитых платочков только из осторожности. Да. Герцог де... в общем герцог ревнив до неприличия. Вот намедни в церкви я намочил руку, чтобы подать ей святой воды, так он испепелил ее взглядом лишь она дотронулась до мой руки кончиками пальцев.  На меня то он не посмел так глядеть, - самодовольно добавил Портос, думая что бы такого добавить еще к рассказу.
- А она страдает. Очень страдает от разлуки со мной . Три раза в день пишет записочки, что любит меня и жизнь в золотой клетке ей не мила, но она вынуждена вести такую жизнь в силу своего положения. Вот только вчера. Да. Вчера она написала, что вечеру у королевы она предпочла бы беседу со мной.
Портос, выдав такую подлинную речь, посмотрел на друзей, оценивая, не перестарался ли он в своей пылкости выдать прокуроршу за герцогиню.

25

Его хозяин хотел...есть! А когда господин Портос был голоден, из добродушного и понимающего господина он мог превратиться в весьма строгого и требовательного, а там, чего доброго, и поколотить может. А поскольку Бонифаций совсем не был уверен, что его хребет после такой взбучки останется целым, он, не дожидаясь своего друга Планше, а, возможно, и, наоборот, желая обогнать его, чтобы выделиться перед господами, кинулся на кухню. Поскольку хозяин со всеми своими домочадцами приводили в порядок тракти, после потасовки, вздыхая, охая и подсчитывая убытки, то на кухне, кроме аппетитных ароматов и кушаний, от которых эти ароматы исходили, никого не было. И вот здесь Мушкетон опять согрешил. Поскольку слуга Портоса никогда не отличался особой честностью и совестливостью, а что-нибудь прибрать к своим загребущим рукам он вообще считал небольшим грехом, то и сейчас, прочитав про себя молитву и дав Господу слово, что это в последний раз, Бонифаций начал закидывать в огромную корзину все то, что, если он успеет донести, окажется в желудке господ. В корзину уже был помещен окорок, пирог с дичью, несколько сладких булочек, две рубленые колбаски, свиное ушко (господин Портос страсть как любил похрустеть таковым) и три пыльные бутылки отменного бургундского в плетенках. Но когда Мушкетон потянулся за пучком ароматных трав, он почувствовал, как его очень ценную часть тела чем-то обожгло. Оглянувшись, Бонифаций, к своему великому изумлению, понял, что его только что-то отходила прутьями от развалившейся метлы жена хозяина трактира, заставшая его за воровством.

- Больно же! - Вскрикнул Мушкетон, уронив корзину и активно потирая место ниже поясницы. - Что же Вы деретесь, милая хозяюшка?
- Ах, он еще и не понимает за что? - Трактирщица снова замахнулась, и сейчас бы удар пришелся прямо по безстыжим глазам лакея. - Честных людей обворовываешь. Вот и получай!

Мушкетон успел увернуться и спасти лицо, однако прутья снова прошлись по мясистому месту. Бонифаций уже готов был взвыть от боли. Но бежать было некуда. И ему не оставалось ничего более, как начать обороняться. Лакей схватил окорок и метко запустил им в разъяренную трактирщицу.

- Ах ты, убогий! - Женщина потеряла свой чепчик и, видимо, рассудок. А была она весьма крупна, поэтому решила идти в рукопашную. Схватив Мушкетона за ворот, она встряхнула его так сильно, что Бонифаций решил, что его голова сейчас просто отвалится. И только теперь нерадивый слуга взмолился:

- Милая хозяюшка! - Блеял Мушкетон, потому что воздуха ему уже практически не хватало. - Я готов отработать  все, что взял у Вас. Я могу мыть полы,  разделывать туши...пробовать вино на годность.- Последнее он сказал зря. Однако женщина понемногу угомонилась, разжала пальцы, но все еще продолжала прижимать несчастного слугу к полу.

26

Планше усиленно замотал головой, давая понять, что никого больше не видел.  Он уже даже грешным делом подумал, что надо брать пример с Гримо и лишний раз не раскрывать рот, чтобы не сболтнуть лишнее.
Если у Планше и были сомнения, кого господин Атос назвал бездельниками и приказал нести выпить, то после грозного рыка господина Портоса слугу как ветром сдуло вслед за Мушкетоном. Тот сиганул на кухню, словно у него под пятками горела земля.
Скрывшись из поля зрения господ мушкетеров, Планше остановился поразмыслить. Вот с какой стати он должОн тут бегать из зала на кухню, да обратно, когда тут своих слуг довольно. Будь у него немного деньжат в кармане, так засел бы он за столом и другие для него бегали с тарелками. Эх, и заказал бы он себе! Много всего! Луковый суп или бобовую похлебку, а лучше и того и другого, жареной рыбешки или куриных потрошков. Мечтать не вредно. Сглотнув слюну, Планше отправился туда, откуда доносились ароматы стряпни.
Ну конечно! Мушкетон! Этот любимец судьбы умудрился еще тут интрижку устроить.
Планше не без сожаления подумал, что он тут третий лишний и закрыл дверь на кухню, куда только что успел заглянуть. Ну и хлебное место нашел его приятель! Вот в самом деле хлебное. Ничего, глядишь и ему чего перепадет от такого знакомства.
Однако возвращаться в зал с пустыми руками это ж смерти подобно. Бедный Планше, почесав в затылке, выбирал между долгом и дружбой. Победил здравый смысл.
Люсьен! Надо найти Люсьена Патшера. Раз он тут работает, то пусть и таскает еду в зал.
А вот и он, легок на помине.
- А! Люсьен! Привет! Вот тебя-то я и искал, приятель. Понимаешь, тут такое дело. Господа наши просили вина и еды, я, было, заглянул на кухню, а там дело такое деликатное…, - Планше замялся, не зная до какой стадии ухаживаний за кухаркой уже дошел Мушкетон.
- Короче, в зале господа мушкетеры ждут вино и еду.
Хлопнув Люсьена по плечу, Планше с чистой совестью отправился в зал доложить что в скором времени все будет.

Отредактировано Маркиза де Комбале (2018-05-09 02:16:13)

27

- Ничего не видел и не слышал, да не уж то это в самом деле сейчас перед гасконцем стоял проныра-пикардиец? - гасконец внимательнее присмотрелся к слуге, уж очень странный у него был вид. Как у нашкодившего кота, не иначе.
- Ничего, дорогой Портос, если кардиналу уже донесли о том, как народ здесь повеселился, то самое большее через четверть часа нас придут арестовывать за нарушение эдиктов. Вот тогда, думаю поводов для обиды у Вас больше не останется. Хотя думается мне, что еще одной потасовки этот трактир сегодня не выдержит, -Шарль опустился на скамью рядом с Атосом, видя, что обида на лица Портоса потихоньку сходит на нет. И на несколько секунд задумался, прежде чем ответить на вопрос о встреченной сегодня особе, вызывая в памяти воспоминания об излишне коротко встрече.
- Не просто о хорошенькой женщине, а об ангеле во плоти. Если бы Вы мой друг увидели ее, то никогда и ни за что бы не назвали ее посланником дьявола, - ответил другу юноша, в очередной раз удивляясь такому отношению Атоса к прекрасному полу. - А даже если, черт возьми, этой встречей я наживу себе несчастий, то поверьте друзья, это того стоит, - конечно Атос его старший друг, и несомненно многое повидал на своем веку, но все же Шарль придерживался того мнения, что женщин надо любить, а не проклинать. Потому он с удовольствием осушил свою кружку за здравие всех женщин. И хорошеньких, и не очень. Продолжать разговор о незнакомке д'Артаньян  не стал. Уж больно мрачным сделалось лицо Атоса. И тут же юноша вознес благодарность всем святым, за то что Арамис так ловко перевел тему некую герцогиню, сердце которой похитил Портос. Теперь добрых пол часа можно будет попивать вино и слушать о любовных похождениях титана во плоти. Если бы кто-то спросил Шарля, верит ли он в эти рассказы, он бы непременно бы вызвал наглеца, посмевшего сомневаться в словах мушкетера, на дуэль. Но в глубине души юноша знал, как Портос любит приукрасить подробности своей жизни. Ну да и черт с ним! Зато как же приятно смотреть на удлинившиеся уши невольных слушателей, которые уже небось предполагали, кто эта герцогиня.

28

- Господа! - Хозяин трактира переминался с ноги на ногу. С одной стороны, из-за господ мушкетеров (во всяком случае, в этом был уверен несчастный) он сегодня понёс огромные убытки и, будь трактирщик посмелее, он непременно бы выказал голубым плащам своё неудовольствие. А, с другой, - хозяин чувствовал, что ему несдобровать, когда он сообщит голубым плащам, что его жена хорошенько отделала слугу одного из господ, сломав ему палец, и вышвырнула его из трактира через черный ход, напрочь отказавшись кормить и поить его хозяина и друзей последнего*.

Атос остановил на трактирщике тяжёлый взгляд, в котором застыл немой вопрос.
- Нууу...- -мялся трактирщик, отчаянно теребя тряпицу, обмотанную вокруг его необъятной фигуры, выполняющей, судя по всему, роль фартука. - Вынужден Вам сказать, господа, что отобедать Вам придётся сегодня  в другом месте. - Наконец выпалил несчастный, зажмуриваясь и готовый к тому, что его убьют, а трактир сожгут со всем добром.

Атос оставался невозмутим. На его лице не отразилось ни удивления, ни возмущения.
- Вы хотите сказать, сударь, что нам отказывают в гостеприимстве? - Невозмутимость мушкетёра заставила трактирщика сжаться. - Мы с товарищами не привыкли навязываться и оставаться там, где нам нерады. Однако, хотелось бы знать о причинах подобного негостеприимства.

- Один из Ваших слуг хотел обчистить нас, как самый жалкий вор. - Лицо трактирщика стало пунцовым. - Но он не остановился на воровстве. Этот негодяй обесчестил мою жену!

В этот момент Атос, который славился в кругу друзей и знакомых своей выдержкой и невозмутимостью, позволил себе удивление. С ними в трактире было двое слуг - Мушкетон и Планше. Так кто же из этих несчастных возжелал любви трактирщицы? Окинув друзей взглядом, испрашивая позволение говорить от лица всех, граф поднялся со своего места.
- Право, дорогой хозяин, Ваше негодование нам понятно, и каждый на Вашем месте поступил бы так же. - Атос кивнул трактирщику. - Со своей стороны, обещаем проучить плута.

Трактирщик был удовлетворён тем, что со столь неприятным делом было покончено. Пригласил господ в следующий раз непременно наведаться и откушать ароматное жаркое.
- Не знаю, господа, кто из двух слуг возжелал ласк трактирщицы, но, уверен, что это знак - нам пора убираться из этого трактира.

И подавая пример друзьям, Атос, не спеша, направился к выходу.

* Согласовано

29

Хоть Арамис из всех друзей-мушкетёров и отличался скрытностью, однако сейчас на его живом и холёном лице, словно в зеркале, отразились все чувства, которые испытывал несостоявшийся аббат. Что ещё преподнесёт им этот день и этот злосчастный трактир! Хозяин, конечно, довольно-такие живо и уверенно рассказывал о пакостях одно из слуг, однако Рене чувствовал, что грех недоверия, словно червь яблоко, грызёт его. К тому же, как известно, testis unus – testis nullus*. Но разбираться будут потом. Сейчас Арамис, хоть и молча, но полностью поддерживал Атоса. Уходить нужно немедленно. И это, конечно же, не побег, а всего лишь небольшое отступление с поля боя, которое, как ни крути, всё же осталось за голубыми плащами. К тому же, хитрый аббат всей душой желал остаться один и предаться мыслям о своей кузине. Перечитать дюжину надушенных записочек, представить их встречу, мысленно сказать молодой женщине всё то, чем было полно его сердце.

- Вам придётся серьёзно поговорить со своими слугами. - Мягко улыбнулся Арамис Портосу и Д'Артаньяну, следуя примеру графа и вставая со своего места. - А там уже решать Вам. Confessi pro iudicatis habentur**. Мой Базен не позволил бы себе подобного поведения.
Бережно расправив перо на шляпе и затянув холёные руки в аккуратные перчатки, Рене покинул трактир.

*Один свидетель – не свидетель (лат.)
**Сознавшиеся считаются осужденными (лат.)

Отредактировано Арамис (2018-09-29 07:46:15)

30

- Нет, вы только посмотрите, господа, как этот человек говорит о бесчестье своей жены, - хмыкнул Портос, доливая остатки вина в оловянную кружку и выпивая ее почти залпом. Кормить не кормят, так хоть горло промочить на дорожку.
- Не надо много ума чтобы заявить на весь трактир что он рогат! Остается сменить вывеску, нарисовав на ней рога и колбасу, да рассказывать каждому посетителю об измене жены, - продолжал шутить Портос, поправляя рукой усы, но примолк под строгим взглядом Атоса.
Спокойный и меланхоличный голос графа, обещавшему хозяину проучить одного из слуг, возмутили Портоса. Да он уже собрался  собственноручно  проучить трактирщика за наглый навет относительно слуг, а теперь был вынужден согласно кивнуть, подтвердив слова друга. Одно дело сказать что трактирщик лжет, а другое - поставить под сомнение слова дворянина. Да что там дворянина, показать что твой товарищ говорит неправду, обещая что плут будет найден и наказан.
- И то верно, засиделись мы тут, - проворчал он, шумно вставая из-за стола и направляясь в сторону двери. Зацепившись ногой за табурет, Портос шумно выругался и заявил, что ноги его тут больше не будет, потому что мебель тут неудобная, а хозяин сам плут, каких только поискать.
Может Мушкетон и согрешил, пытаясь поцеловать хозяюшку, или ущипнул ту за бок, но проповедей он ему читать не будет. Если это так, он устроит ему взбучку, чтобы не позорил своего хозяина, а был осторожнее. Показав Мушкетону увесистый кулак, Портос молча поклонился Арамису, оставив при себе все свои слова насчет его Базена, кузины белошвейки или его рондо

Отредактировано Портос (2018-10-01 00:41:26)


Вы здесь » Лилии и Шпаги » 1626 год - Через тернии к звёздам » Пир дураков